Противоправное поведение, как основание уголовной ответственности

 

Консультативно-методический центр «Юристат»

Секция методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве

После возобновления работы обновленного состава КМЦ YURISTAT и согласования плана работы на текущий и следующий год, обновляем также тексты публикаций Центра, более, чем 5 (пяти) летней давности и в одной из таких публикаций мы рассматривали вопросы перспективы обжалования действий (бездействия) должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу на досудебной стадии.

Комментирует вопросы данной публикации методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра YURISTAT (ЮРИСТАТ) Козлов Александр Михайлович.

ВОПРОС:

В одной из предыдущих публикаций Вашего Центра, Вами применено понятие - «противоправное поведение», как основание уголовной ответственности. Сегодня Вы придерживаетесь этого суждения?

ОТВЕТ:

Уточним, - мной было сказано: «уголовно-противоправное поведение».  То есть, поведение, запрещённое уголовным законом, под угрозой уголовного наказания. Это хрестоматийное определение.

Уголовная ответственность – это всего лишь разновидность юридической ответственности, устанавливаемой уголовным законодательством.

Таковая наступает при нарушении юридической обязанности каждого из нас действовать правомерно, не нарушать права и законные интересы других носителей субъективного права поведения в общественном пространстве (чтобы не загромождать публикацию, мы не затрагиваем вопросы публичного права). Далее, исходим из философской сентенции «основополагания», как базисного критерия происхождения предмета мысли здравомыслящего человека. К уголовной ответственности можно привлекать только тех лиц, которые нарушают (не соблюдают) уголовно-правовые запреты. То есть, ведут себя относительно общественного порядка неправильно (мы говорим – неправомерно). Для каждого профессионального юриста – это основа правовых знаний. Так что, нет ничего нового в толковании и понимании причинной взаимосвязи преступления (как уголовно-противоправного деяния) с основаниями уголовной ответственности, которую претерпевает правонарушитель.

ВОПРОС:

Наши читатели присылают нам по электронной почте вопросы по поводу высказанного Вами суждения, что к уголовной ответственности может быть привлечён только тот, действия (поведение) которого являются с позиций уголовного законодательства противоправным. Поясните, что означает в контексте Вашего высказывания понятие - «противоправное поведение»?

ОТВЕТ:

Всё просто. Уголовная ответственность понимается, как юридическое последствие преступного поведения (деяния). Как наказание, если хотите. А вот преступность деяния устанавливается только уголовным законом (санкциями разных статей Особенной части Уголовного кодекса РФ, содержащими уголовно-наказуемые запреты). Имеется в виду уголовно-наказуемое поведение (деяние), совершенное в границах Российской Федерации. Либо, деяние, совершенное гражданином РФ за пределами территории РФ, либо иностранным гражданином против гражданина РФ или интересов нашего государства (РФ), в том числе, и за пределами территории РФ. Если деяние признаётся по этим критериям преступным, значит, это деяние изначально уголовно-противоправно, будучи уголовно-наказуемым по УК РФ (российскому уголовному законодательству). То-есть, лицо, действуя таким образом, совершая такое деяние, действовало противозаконно по отношению к уголовному закону. И, напротив, если поведение лица не является противозаконным, такое поведение будет правомерным. Что не исключает иную (не уголовную) ответственность по другим нормам других отраслей законодательства, которыми предусматривается ответственность по нормам этого иного права (законодательства, например, семейного и др.). Мы сейчас обсуждаем только сферу действия уголовного права, устанавливающего уголовно-правовые запреты и уголовную ответственность, в основном, за нарушение (несоблюдение) поведения, предусмотренного отраслевым законодательством, как правомерного. Если нет такого запрета в уголовном законодательстве, значит, нет уголовной ответственности за такое поведение, не корреспондирующее уголовно-правовому запрету.

Логически, такое суждение подчинено закону исключения третьего – «либо – либо. Третьего не дано». В уголовном праве нет промежуточного понятия – «частично виновен» или «частично невиновен». При этом, незнание уголовного закона не освобождает нарушителя от уголовной ответственности. Исключение составляют субъективные ошибки, из-за которых лицо не могло осознавать противоправность своего поведения (своих действий). Но, этот факт должен быть установлен юридическими способами (например, результатами проведения судебной психолого-психиатрической экспертизы, диагностирующей эти аномалии).

ВОПРОС:

Кто вправе признать человека виновным в противоправном поведении и привлечь к уголовной ответственности (назначить уголовное наказание)?

ОТВЕТ:

Применение уголовного закона осуществляется в порядке, который регулируется нормами УПК РФ (уголовно-процессуальным кодексом). Для признания человека виновным в противоправном поведении, точнее, в совершении уголовно-противоправного деяния (преступления, по смыслу

норм уголовного законодательства), необходимо это доказать.

Доказывают эти обстоятельства, как юридические факты, органы предварительного расследования в порядке производства по уголовному делу. Однако, окончательно, человек, совершивший преступление, может быть признан виновным только по обвинительному приговору суда на основе оценки доказательств виновности, собранных органами расследования. Приговор должен вступить в законную силу и только после этого подлежит исполнению на территории РФ органами ФСИН РФ.

В статье 17 УПК РФ закреплено правило оценки доказательств, согласно которому, судья, присяжные заседатели, а также, прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства, сформированные в уголовном деле, по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Это нормативное содержание правовой процедуры доказывания наличия оснований для применения определенного вида уголовной ответственности, предусмотренной уголовным законом.

Конституционный Суд РФ указал что, с одной стороны, предусмотренный статьёй 17 УПК РФ принцип оценки доказательств по внутреннему убеждению закрепляет требование не только исходить при такой оценке из своего внутреннего убеждения и совести, но и основываться на совокупности всех имеющихся в уголовном деле доказательств, и руководствоваться законом, что должно исключать принятие произвольных, необоснованных решений. С другой стороны, указанное нормативное предписание направлено на исключение какого бы ни было внешнего воздействия на суд, следователя и других лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, с целью понуждения их к принятию того или иного решения. Этим, в частности, обеспечивается действие, провозглашенного в Статье 120 Конституции Российской Федерации принципа независимости судей при осуществлении правосудия (Определения КС РФ от 12.07.05 г, №323-О; от 18.07.06 г, №289-О; от 17.10.06 г, №433-О и от 24.01.08 г, №67-О-О). Данная статья не освобождает суд от обязанности исследовать, в том числе по ходатайствам участников судебного разбирательства, вопрос о допустимости доказательств и в случае возникновения сомнений в соответствии доказательства закону, признать его не имеющим юридической силы, согласно требованиям ст.ст.49; 50 Конституции РФ (Определение КС РФ от 19.02.09 г, №127-О-О).

Таким образом, только обвинительным приговором суда, вступившим в законную силу, осужденный может быть признан виновным в совершении преступления (как уголовно-наказуемого противоправного деяния, предусмотренного в конкретной статье Особенной части УК РФ).

ВОПРОС:

Может ли обвинительный приговор, вступивший в законную силу, быть в дальнейшем отменен и пересмотрен?

ОТВЕТ:

Да. Для этого предусмотрено обжалование обвинительного приговора в вышестоящие суды. Например, в суды кассационной инстанции, что прямо предусмотрено нормами Главы 47.1 УПК РФ, а также, по новым или вновь открывшимся обстоятельствам (Глава 49 УПК РФ). Но, это темы для отдельного обсуждения (в том числе, вопросы надзорного обжалования).

ВОПРОС:

Вы противопоставляли противоправное деяние с правомерным. Может ли лицо быть привлечено к уголовной ответственности за своё правомерное поведение?

ОТВЕТ:

Нет. Это исключено. Уголовная ответственность может наступать только и исключительно только за противоправное поведение по нормам только и исключительно только уголовного законодательства (УК РФ). Если же некое лицо признано нарушителем закона, например, по-другому (не уголовному) отраслевому законодательству, например, по трудовому кодексу РФ, то, правовая ответственность (не уголовная) может наступать по нормам этого отраслевого законодательства. В данном случае, - по нормам трудового законодательства (например, увольнение). И только в том случае, если допущенное виновным лицом нарушение требований отраслевого законодательства специально предусмотрено в УК РФ, как уголовно-наказуемое, то, только в этом случае и при установленных законом условиях, возможно привлечение такого лица, совершившего нарушение правил иного отраслевого законодательства, к уголовной ответственности по конкретной статье УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность в таком случае (например, ст.199 УК РФ содержит условия привлечения к уголовной ответственности за нарушение предписаний налогового законодательства.

Чтобы не идеализировать российское уголовное судопроизводство, мы признаём, что практика уголовного процесса знаёт случаи дефектов в применении уголовного закона, повлекших осуждение невиновных. Но, такие случаи являются, скорее, исключением, чем правилом. Вместе с тем, общество должно об этом знать и воспринимать каждый подобный случай, как несовместимый с канонами демократического государства и требовать от властей установления и наказания виновных в этом.

ВОПРОС:

Нам известно, что Ваш Центр принимал участие в подготовке правовых комментариев с анализом обвинительных заключений и приговоров. Это направление деятельности Центра сохранилось?

ОТВЕТ:

Сохранилось, но, услуга существенно переработана и тоже обновлена. Теперь, в интересах заказчиков услуги, для подписания комментариев, мы имеем возможность приглашать ученых с наличием степени доктора юридических наук (реже, к.ю.н.), что повышает стоимость такой услуги и требуется дополнительного согласования всех сопутствующих условий взаимодействия. Как и раньше, предварительно приходится изучать текст обвинения (в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении, приговоре) и либо принимать материал к разработке и подготовке комментария, либо отказывать в такой услуге (например, по причине отсутствия чёткой перспективы обжалования и неэффективности альтернативных вариантов). В любом случае, в каждой рассматриваемой ситуации необходимо предварительно ознакомиться с материалами уголовного дела и обсудить их с привлечением учёных с именем, известным в соответствующей научной среде. Чтобы их профессиональные рекомендации не могли быть подвергнуты сомнению следователем и/или судьёй по формальным основаниям.

Необходимо поработать, также, над формой использования подобных рекомендаций в реальном уголовном деле. Обычно, мы предлагаем подготовить письменно такие рекомендации от имени учёного, с его подписью, но, изложить эти правовые суждения в предусмотренном процессуальным законом порядке (например, в ходатайстве от имени защитника или в показаниях обвиняемого со ссылкой на авторитетного учёного, лучше на судебную практику (целесообразнее для использования в доказывании по уголовному делу и более затруднительно для отклонения такой аргументации защиты, варианты мы демонстрируем).

Полагаем, использование выверенных юридических рекомендаций будет значительным усилением позиции защиты, опровергнуть которую станет крайне затруднительно или даже невозможно, в зависимости от фактических обстоятельств уголовного дела. Всё вышесказанное лучше детально обсудить непосредственно с Секцией ММП нашего Центра.

За получением консультативных рекомендаций КМЦ ЮРИСТАТ

по вопросам практического применения материального и процессуального

уголовного законодательства, обращаться по электронной почте:

yuristat.center@gmail.com

yuristat.center@yandex.ru

((модераторы публикации: Мамонтова М.В., Демидов М.Б.))

Протокол судебного заседания должен быть изготовлен до судебных прений

 

О проблеме протокола судебного заседания

Практикующие по уголовным делам юристы знают, какие сложности возникают по уголовным делам в связи с несвоевременным изготовлением судами протокола судебного заседания, содержание которого обеспечивает вышестоящим судам возможность проверки правильности действий суда и участников судебного разбирательства.

Очевидно, протокол судебного заседания необходим стороне защиты не после того, как по делу постановлен приговор, но, как минимум, до начала судебных прений, в которых необходимо ссылаться на содержание протокола судебного заседания, в котором должны быть зафиксированы показания всех допрошенных в судебном заседании свидетелей и отражены результаты исследования письменных материалов дела и вещественных доказательств. Но, должны быть не означает, что протокол идентичен тому, что реально происходило в судебном заседании. И, хотя эти споры о полноте и достоверности протокола судебного заседания существуют десятилетиями, они так и остаются нерешенными из-за отсутствия законодательного урегулирования признания существенным нарушением порядка уголовного судопроизводства отсутствие протокола судебного заседания и факт невозможность ознакомления с ним ДО момента удаления суда в совещательную комнату для вынесения итогового решения по результатам судебного разбирательства. На практике стало уже привычным, когда суд удаляется в совещательную комнату, у суда не имеется протокола судебного заседания, а сторона защиты вынуждена участвовать в судебных прениях, не имея возможности ссылаться на протокол судебного заседания.

Вроде бы, обсуждаемый вопрос регулирует текст части 6 ст. 259 УПК РФ, что протокол должен быть изготовлен в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания…, но, обычно суды трактуют это законодательное установление, как позволяющее суду удалиться в совещательную комнату и после выхода из неё огласить вводную и резолютивную части приговора. Далее, суд в течение нескольких дней изготавливает основной текст приговора (его описательно-мотивировочную часть), подписывает протокол судебного заседания и предоставляет сторонам возможность получить копии приговора и протокола судебного заседания, на содержание которого, при необходимости, стороны могут подать замечания в порядке ст.260 УПК РФ. Некоторые адвокаты заявляют ходатайства об изготовлении протокола судебного заседания по частям, подают на него замечания, но, в большинстве случаев суды отказывают в удовлетворении таких ходатайств и замечаний на протокол

Полагаем, уголовно-процессуальное законодательство необходимо скорректировать в интересах участников судебного разбирательство. В первую очередь, необходимо уточнить срок изготовления протокола судебного заседания. И, в любом случае, протокол судебного заседания должен быть изготовлен и предоставлен сторонам ДО начала судебных прений, с предоставлением разумного времени для ознакомления с протоколом и подготовки к судебным прениям. Несомненно, качество правосудия от этого только выиграет.

Право на судебную защиту по уголовным делам (комментарий Александра Козлова)

 

Комментарий А.М. Козлова по вопросу о праве на судебное

обжалование действий (бездействия) и решений следователя

Более 25 лет назад наш Консультативно-методический (учебный) центр впервые проводил исследование, основной целью которого было выяснение понимания юридическим сообществом конституционного права на судебную защиту.

Оказалось, что большинство обычных граждан, участвовавших в наших опросах, вообще не знали, что согласно Статьи 46 Конституции Российской Федерации. Более того, в Статье 45 Конституции Российской Федерации, каждому гражданину РФ гарантируется государственная защита его прав и свобод. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Наши исследования включали в себя и коллективный анализ судебных актов. Результаты оказались далеко не радужными. Даже спустя несколько лет, после принятия в 1993 году Конституции России, следственные и судебные органы не смогли перестроиться в признании безусловности права на судебную защиту и, фактически, саботировали конституционные гарантии. Мы столкнулись с такими ситуациями, когда жалобы на действия следователя судьи пытались рассмотреть по нормам ГПК РФ. Сегодня это выглядит правовой фантасмагорией, но, это были наши реалии, о которых можно вспоминать с улыбкой. А тогда это были горькие слёзы тех, кто не смог добиться доступа к судебной защите.

Допуск российских граждан к возможности обратиться в Европейский Суд по правам человека за защитой своих прав произвёл революцию в уголовном судопроизводстве. Со ссылкой на Решения ЕСПЧ внесены изменения в наше законодательство, вынесены прецедентные Решения Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ. На этой волне А.М. Козлов опубликовал статью о Решениях ЕСПЧ, как школы для российских судей. Но, к сожалению, политизация новых судей ЕСПЧ уничтожила его авторитет, и Российская Федерация прекратила своё участие в этом межгосударственном правовом институте, утратившим объективность.

Удивительно, но, даже вступление в действие нового УПК РФ (2002 г), прямо предусматривающего в ст.125 УПК РФ право обжалования действий и решений следователя не только, когда уголовное дело поступит в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, но, и на стадии предварительного расследования, не устранило факты недопонимания разграничения права на судебное обжалование действий органов расследования после поступления уголовного дела в суд первой инстанции, и до этого, на досудебной стадии.

Сказанное повлекло необходимость в получении комментария по этому вопросу у нашего эксперта, методиста по уголовным делам КА «Александр Добровинский и партнёры» Козлова Александра Михайловича, выполнявшего в 2000 году обязанности руководителя Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве КМЦ (Консультативно-методического (учебного) центра) «ЮРИСТАТ» (YURISTAT).

Александр Михайлович ответил на наши вопросы следующим образом:

(с его разрешения публикуется в сокращении)

Конституционные принципы соблюдения и обеспечения прав человека или гарантии являются безусловными общеправовыми принципами, обязывающими правоприменителя толковать и применять правовые нормы исключительно с позиций конституционных гарантий, которые не могут быть ограничены, кроме как, в случаях, предусмотренных в части 3, Статьи 55 Конституции РФ. Встречаются юристы, которые недопонимают, что производство по уголовному делу относится именно к таким случаям.

Например, согласно Статьи 23 Конституции РФ, каждый имеет право на полную неприкосновенность своей частной жизни. Однако, учитывая установления Статьи 55 (часть 1) Конституции РФ, перечисленные в Конституции РФ основные права и свободы не должны толковаться, как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина.

Поэтому, такое право частной жизни, как тайна телефонных переговоров, может быть ограничено на основании судебного решения, полученного следователем при производстве по уголовному делу.

На Ваш вопрос о реализации права на судебную защиту по уголовному делу, можно ответить следующим образом.

Если в результате деятельности государственных органов, к которым относятся следственные и судебные органы, осуществляющие производство по уголовному делу, затрагиваются права и свободы граждан, то, им гарантируется судебная защита, доступ к которой не может быть ограничен ни при каких обстоятельствах (часть 3, Статьи 55 Конституции Российской Федерации).

Традиционно, как и по предыдущему УПК РСФСР, обжаловать действия, решения или бездействие должностных лиц органов расследования, прокуратуры и суда можно в установленном уголовно-процессуальным законом порядке. Знания об этих процедурах юристы получают в период своего обучения.

Однако, в УПК РФ предусмотрена ст.125 УПК РФ, позволяющая обжаловать действия (бездействие) и решения органов расследования и на досудебной стадии производства по уголовному делу, т.е., до направления уголовного дела в суд первой инстанции. Цель этой правовой нормы в исключении затягивания права на судебную защиту в случаях, когда производством по уголовному делу могут быть затронуты конституционные права граждан. Выше мы упомянули право частной жизни. К таким конституционным правам относится право на свободу и личную неприкосновенность (Статья 22 Конституции РФ), право на свободное обращение в любые государственные органы и получение от них ответа (Статья 33 Конституции РФ), право частной собственности (Статья 35 Конституции РФ) и многие другие конституционные права.

Таким образом, если в результате производства по уголовному делу затронуты или могут быть затронуты конституционные права и свободы граждан, то, им гарантируется судебная защита. Причём, незамедлительная. Но, к сожалению, даже сегодня мы встречаемся на практике с ситуациями, когда судьи препятствуют гражданам в осуществлении этого своего безусловного конституционного права.

Полагаем, такие случаи недопустимы и, если они повторяются в конкретном судебном органе, то, возникают основания для рассмотрения вопроса соответствия руководителя данного судебного органа занимаемой им должности. Сказанное относится к низовым судебным инстанциям, т.е., к судам первого уровня или судам первой инстанции. Но, это не исключает возникновение подобных ситуаций и в вышестоящих судах. В этой публикации мы не рассматриваем право граждан не обращение в Квалификационные коллегии судей, как специальных органов, рассматривающих жалобы на судей.

Итак, повторим, судебный контроль в уголовном судопроизводстве реализуется в двух вариантах. Первый – предварительный судебный контроль, осуществляемый на досудебной стадии производства по уголовному делу в виде дачи разрешений на прослушивание телефонных переговоров, проведение обыска в жилище, рассмотрения ходатайств органов расследования об избрании (продлении) меры пресечения и т.д. Сюда относится и рассмотрение жалоб в порядке ст.125 УПК РФ.

И второй – отложенный судебный контроль, реализуемый судебными органами при разрешении уголовного дела и вынесении итогового решения по результатам рассмотрения уголовного дела на данной стадии уголовного судопроизводства.

Однако, и в первом, и втором варианте, гражданин не может быть лишен своего конституционного права на судебную защиту, например, из-за того, что уголовное дело приостановлено, прекращено либо находится в суде апелляционной или кассационной инстанции. Таких ограничений в Конституции РФ не предусмотрено, поэтому, отказывая в рассмотрении жалоб на действия (бездействие) или решения следователя после поступления уголовного дела в суд первой инстанции, судьи грубо нарушают предписания Статей 45 и 46 Конституции РФ.

В этих ситуациях мы рекомендуем защитникам по уголовным делам ссылаться на следующие руководящие разъяснения Конституционного Суда РФ:

Постановление Конституционного Суда РФ от 23.03.99 г, №5-П, а также, в подтверждение этой правовой позиции, Определение КС РФ от 16.03.06 г, №79-О и Определение КС РФ от 22.11.12 г, №2053-О:

«В случае обжалования участниками уголовного судопроизводства отдельных актов органов предварительного расследования уже после направления уголовного дела в суд с обвинительным заключением, осуществление проверки законности и обоснованности решений и действий (бездействия) органов предварительного расследования возможно в рамках судебного производства по уголовному делу».

«Осуществление судебного контроля уже после завершения стадии предварительного расследования само по себе не может рассматриваться, как нарушение права на защиту, поскольку не исключает возможность судебной проверки жалоб на действия и решения органов предварительного расследования после передачи уголовного дела в суд».

Конечно, вопрос о качестве таких жалоб и наличии оснований для обжалования требует отдельного обсуждения, поскольку «жалоба ради жалобы» лишена смысла и процессуальной перспективы. В нашем Консультативно-методическом центре по этому вопросу давно устоялось общее мнение, что качество ходатайств и жалоб по уголовному делу определяет качество и эффективность защиты.

Представляет интерес разъяснение Конституционного Суда РФ о том, что даже после вынесения приговора, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела может быть обжаловано в суд в порядке ст.125 УПК РФ:

«Статья 125 УПК РФ не может рассматриваться, как исключающая обжалование постановлений об отказе в возбуждении уголовного в отношении преступных действий, совершенных в ходе производства по уголовному делу, по которому постановлен обвинительный приговор».

(Определение Конституционного Суда РФ от 25.01.17 г, №31-0-0).

В завершение отметим, что обжалование судебных актов в апелляционном и кассационном порядке имеет свои особенности. Поэтому, при подготовке таких жалоб, необходима помощь квалифицированного юриста, обладающего для этого достаточными познаниями и опытом оказания юридической помощи в обжаловании приговоров и иных судебных постановлений.

 

YURISTAT: Александр Козлов о праве на дополнительную апелляционную жалобу

YURISTAT: профессиональные мнения о применении норм УПК РФ.

Сегодня мы публикуем мнение методиста по уголовным делам Козлова Александра Михайловича о такой проблеме, как право вновь вступившего к участию в уголовном деле защитника на подачу дополнений к апелляционной жалобе на приговор осужденного или апелляционной жалобе его предыдущего защитника.

Александр Михайлович высказал следующие суждения:

Нормативное регулирование производства по уголовному делу объективно не может исчерпывающе предусмотреть все единичные ситуации, возникающие по уголовным делам, в которых реализуются уголовно-процессуальные правоотношения.

Мы сталкиваемся с необходимостью видового разграничения норм уголовно-процессуального законодательства применительно к этим единичным (конкретным) ситуациям, образующим в своей совокупности «движение» уголовного дела внутри одной стадии уголовного судопроизводства.

Одна из таких ситуаций возникает на стадии производства по уголовному делу в суде первой инстанции после постановления приговора, когда на этапе его апелляционного обжалования, уже после истечения 10-дневного срока, установленного в ч.1, ст.389.4 на подачу апелляционной жалобы, происходит замена защитника. Право на замену защитника не может быть ограничено и обеспечивается вне зависимости от стадии уголовного процесса.

На этот момент уже поданы апелляционные жалобы на приговор самим осужденным и его предыдущим адвокатом, осуществлявшим защиту в суде первой инстанции.

Новый защитник вправе в соответствии с ч.4, ст.389.8 УПК РФ подать дополнительную апелляционную жалобу. Предварительно ему необходимо ознакомиться с делом, с ранее поданными апелляционными жалобами, подготовить и согласовать свою позицию с подзащитным (осужденными). Требуемое на это время не может быть произвольно ограничено, но, и не может выходить за рамки разумного срока. Который в УПК РФ не регламентируется.

Однако, как это произошло в Судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда при рассмотрении апелляционных жалоб на приговор в отношении осужденного В., дополнительные апелляционные жалобы защитника адвоката Ю. были ему возвращены, поскольку вновь вступившим в дело адвокатом не было подано ходатайство о восстановлении ему срока апелляционного обжалования.

Полагаем, такие действия судебной коллегии не основаны на процессуальном законе, устанавливающим поэтапное производство по уголовному делу. Каждый последующий этап «поглощает» предыдущий. И, если осужденным или его защитником подана апелляционная жалоба на этапе течения 10-дневного срока апелляционного обжалования, то, начинается следующий этап - подготовка материалов уголовного дела к их направлению судом первой инстанции в суд второй (апелляционной) инстанции. На этом этапе уже не разрешается вопрос об исчислении процессуального срока. Факт подачи апелляционной жалобы стороной защиты в установленный 10-дневный срок, обуславливает возникновение права на её дополнение. В том числе, вступившим в дело другим защитником.

Сторона защиты воспользовалась правом на апелляционное обжалование приговора. Поэтому, подача дополнительной апелляционной жалобы регламентируется положениями ч.4, ст.389.8 УПК РФ, а не ч.1, ст.389.4 УПК РФ, что не учитывается на практике и приводит к излишним ограничениям права нового защитника на дополнение, уточнение доводов апелляционной жалобы, поданной самим осужденным или его предыдущим защитником.

 

https://yandex.ru/search/?lr=213&clid=2411725&text=yuristat&src=suggest_Pers